Alexander Sedov (alek_morse) wrote,
Alexander Sedov
alek_morse

Category:

По ком плачет Коляда

...В общем, непросто, скажу я вам, смотреть каждую серию новоявленного "Шерлока Холмса" режиссёра Андрея Кавуна. Исчеркал пол-блокнота. А ведь мозг должен отдыхать иногда. Но обещаю написать. Чуть позже, сериал-то ещё не закончился. Надо оценивать целое. А пока мысли, навеянные свежим жж-постом Николая Коляды.


По ком плачет Коляда
Нетеатральные заметки
Александр СЕДОВ (с), ноябрь 2013 г.
.
В своём живом журнале известный уральский драматург и режиссёр Николай Коляда сетует на жизнь и на то, в частности, как банальна пресса:

«Понятно, что никому в принципе по жизни не надо то, что делаешь ты…  Понятно, что вдруг я сделал спектакль и какие-то несколько дней будет пустота. Так вот и я думаю про сделанное.
Ну и что?
Ну и кому это надо?
В трех с половиной газетах Ебурга напишут, что вот, мол, замахнулись и, стало быть, исполать им. Еще пара информационных сайтов, переврав все фамилии и перессказав краткое содержание, тоже отметятся, чтобы дать своим сотрудникам гонорар за "информашку".
Пустое всё. Никому не надо то, что ты делаешь».

 .
http://kolyadanik.livejournal.com/2291739.html
 .
Скажу сразу, чтобы не было недомолвок и непонимания – я искренне сочувствую «солнцу русской драматургии», хотя спектакля «Мёртвые души» пока не видел, но надеюсь в скором времени посмотреть. И хотел бы сразу перевести разговор из жанра драмы экзистенциальной – в жанр драмы социальной.


Несколько лет, как я не пишу и соответственно не публикую рецензий на спектакли екатеринбургских театров. Не из-за снобизма или потому, что «религия запрещает». Просто так сложилось исторически и биографически, о чём иногда жалею. Бывали времена, когда в сезон я публиковал десятки отзывов, заметок, рецензий, интервью – больших и маленьких. Но странная штука: все газеты иди журналы, с которыми я сотрудничал на этом поприще и которые платили мне мизерные но, говоря словами драматурга, «гонорары за информашку» (или забывали это сделать), имели печальную судьбу. Они рано или поздно закрылись. Все. Десяток изданий, полагаю, наберётся.
 .
Это я не к тому, что я приношу издателям проклятие. Не один я был их автором. И не к тому, что сейчас невозможно напечататься. Как однажды ответила мне критик Дина Годер, чей живой журнал я тоже «выписываю» во френд-ленте: был бы хороший текст – найдется где его опубликовать. Только для профессионального подхода к делу этого мало. Я спросил тогда у Дины Годер: несколько лет как вы ездите по России и учите молодых людей культурной журналистике, а где всё это можно почитать? Какой журнал в Екатеринбурге – возьмём для примера мой родной город – порекомендуете? Ответом мне было молчание.
 .
Где все эти толпы новых культурных обозревателей, пишущих отличные и глубокие тексты и выступающих по радио и телевидению? Где театральные критики, которые тут же набрасываются на новый спектакль Николая Коляды? А ведь в Екатеринбурге, помимо гастролирующей школы Дины Годер, есть свой театральный институт. А ещё – федеральный университет и гуманитарные вузы, которые за те восемь лет, как я забросил журналистику, выпустили не одну тысячу специалистов, и уж пара десятков из них могли бы написать по рецензии на «Мёртвые души».
 .
Я прекрасно понимаю и сочувствую Коляде. Взвалить на себя театр, добиться известности в России и в Европе, выбить у местных властей новое помещение, при этом регулярно ставить новые спектакли, писать новые пьесы, организовывать фестивали (а на другие фестивали вывозить свою труппу), да ещё вести курсы драматургов, отслеживая успехи своих учеников – не каждый Шекспир справился бы! – Но, перефразируя В. В. Путина, театральные обозреватели вымерли – «и поговорить не с кем».
 .
Доходит, как водится, до парадоксов. Какое-то время назад в своём живом журнале Николай Владимирович вспоминал свой режиссёрский дебют – спектакль «Ромео и Джульетта». В то время у Коляды ещё не было собственного театра, но была малая сцена в Екатеринбургском Академическом театре драмы и, по сути, уже набиралась своя труппа. На предпремьерном показе произошёл инцидент, который мог стоить всем нам жизни – и актёрам и приглашённым критикам и журналистам. На заваленной реквизитом сцене (уже тогда обозначился фирменный стиль постановщика) замкнуло проводку и что-то там сильно задымило. Никто в зале не шелохнулся. На сцене тоже – актёры спокойно доиграли мизансцену. Вышел Коляда (игравший монаха – брата Лоренцо) и начал методично ходить от наполненного водой корыта (элемент реквизита) к дымящейся проводке, заливая её водой из ладошек. А если бы замкнуло? К счастью, всё завершилось благополучно (не считая, разумеется, трагического финала пьесы). И этот случай как бы даже немного добавил скандальной известности новому режиссёру (а театру драмы, верно, повредил). Вспоминая этот случай уже как курьёз Коляда за давностью лет практически процитировал первую рецензию на спектакль – мою статью в газете «Вечерние ведомости», благо сайт театра драмы перепостил этот текст. Газета «Вечерние ведомости» была падка на подобного рода материалы, и я решил (а редактор даже настаивал) совместить рецензию и репортаж с места происшествия. Так писалась история. И так, возможно, запомнил режиссёр.
 .
А дальше всё было как в хорошей пьесе. Коляда начал строить свою режиссёрскую карьеру, а журналисты и обозреватели на Коляде свою. В Екатеринбурге было несколько соревнующихся между собой ежедневных газет, и каждая видела в Коляде хороший информационный повод. Дальше пищевая цепочка вела к телевизионщикам, которые на утренних планёрках читали газеты (и сайты газет) и уже готовили о новых достижениях Коляды свои репортажи, нередко цитируя в них газетные материалы (не называя источник). Я тоже участвовал в этой игре, чувствуя себя скорее в качестве камикадзе – уж очень ограничен был слой обитания и скудны возможности выживания (само собой, я писал не только театральные рецензии). Так между обществом (городом) и Колядой происходил диалог, опосредованный, но интересный. Всё-таки ужасно интересно, что о твоих произведениях говорят, да и для дела полезно.
 .
Сбой в этой цепочке происходил на уровне «истеблишмента». Местный союз театральных деятелей обычно привечал своих – старых и проверенных, а не молодых и дерзких, тем более из скандальной прессы (что меня не смущало, а даже подзадоривало). Ну и, конечно, пресловутые кончины газет и журналов – регулярные и ожидаемые. В деле театрального рецензента как в каждом профессиональном занятии нужна постоянная и непрерывная практика. Если как советует Дина Годер – «какое-нибудь издание найдётся», то это, может, хорошо для отдельных счастливчиков, но никак не для диалога между режиссёром Колядой и его городом. Очень возможно, что после плача режиссёра выйдут сразу десять рецензий, но раз на раз не приходится. Сегодня густо – завтра пусто.
 .
Как все режиссёры-постановщики Коляда, бывает, не прочь поиронизировать над незадачливыми критиками – процитировать фрагмент рецензии и удивиться удивлению рецензента. Всё это входит в роль режиссёра. Ведь режиссёр и критик – профессии в каком-то смысле противоположные, и роли в обществе у них разные. Режиссёр – личность заведомо творческая, с Шекспиром и Пушкиным на дружеской ноге. Критик (обозреватель, культурный журналист и т.п.) – вроде насекомого паразита: кусается зараза, хотя как «санитар леса» иногда полезен. Общество заранее видит в режиссёре масштаб – безграничные возможности завладения вниманием людей (настоящих) и умение повелевать судьбами (хотя и выдуманными). А в господине критике – обычно ограниченность.
 .
Но я открыл для себя сферу, где всё немного не так. Критики, культурные журналисты и обозреватели могут привлечь внимание общества к судьбе режиссёра, скажем, воззвать к спасению погоревшего театра, звать в набат, чтобы власти выделили конкретному режиссёру помещение в его городе, призывать ускорить ремонт и т.п., т.е. разыграть собственный драматический спектакль. А режиссёр-постановщик подобного сделать не может – бить в набат, привлечь внимание к судьбе театральной критики в отдельно взятом городе, призывать властей или меценатов (или кого-нибудь ещё) что-то делать, хотя сам очень нуждается в диалоге. Не может разыграть спектакль.
 .
Может, дело в том, что в одном случае боги-покровители искусств сильнее невидимой руки рынка, а в другом – наоборот, музы покорны перед экономикой? Билеты на спектакль продать можно, но попробуйте на рецензию. А кому это надо?


.
--------------------------------
Прочесть мою рецензию-репортаж «Николая Коляду чуть не убило током» (март 2001 г.):
http://kolyada.ur.ru/kritika-retsenzii/2001/03/nikolaya-kolyadu-chut-neubilo-tokom/


Tags: ekaterinburg, kolyada, theatre, СМИ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 18 comments

Recent Posts from This Journal