Alexander Sedov (alek_morse) wrote,
Alexander Sedov
alek_morse

Category:

"Место встречи" повторить нельзя: о старых и новых сериалах про МУР

…Брошенная когда-то Николасом Вейлом фраза о том, что он хотел бы проанализировать фильм «Место встречи изменить нельзя» под углом «body policy», поначалу меня не достаточно заинтриговала. Но потом…

«Место встречи» повторить нельзя

О старых и новых сериалах про МУР

Александр СЕДОВ (с) эссе, рецензия / 2009-2013 гг.
.

В который раз пересматривая сериал «Место встречи изменить нельзя», я вдруг начал открывать какие-то многократно виденные мной вещи, но, как говорил Шерлок Холмс, ранее мной не замечаемые. Кто-нибудь помнит, какой фильм смотрел Шарапов в кинотеатре, ожидая встречи с любовницей Фокса? Отечественный зритель, скорее, припомнит за спиной Шарапова дымящего папироской Промокашку. Или фильм, который в четырнадцатый раз смотрел Максим Максимович Исаев, он же Штирлиц…
.

Между тем, именно этот фильм в фильме (как своего рода пьеса Гамлета в пьесе «Гамлет») для меня явился неким ключом к теме «body policy».
.

Итак, Шарапов смотрел «Новые похождения Швейка» (реж. Сергей Юткевич, 1943 г.), надо полагать, целиком. Нам же, зрителям «Места встречи», был показан самый, наверное, острый, фарсовый эпизод, на грани фола, когда Швейка пытаются рекрутировать в нацистскую армию. Судьба-злодейка, - метафорично представленная в виде движущейся конвейерной ленты (!), - загоняет тебя в прокрустовы обстоятельства – и будь любезен им соответствовать, будь ты хоть Швейком, хоть Шараповым. Даже нагой, лицедействуй, но не переигрывай. Через пару часов лейтенант Шарапов сполна испытает на себе, что значит «работать без прикрытия». И то, что со стороны может выглядеть нелепым, абсурдным, а кому-то и смешным, для молодого сотрудника МУРа серьёзнее, чем вылазка фронтового разведчика к позициям врага.
.

Режиссёр Говорухин кроит такие кинофразы из кусков-образов «с острыми краями», из моментов с подчёркнутой телесностью, из характерных жестов… Вот небольшой перечень таких моментов, увиденных мной как бы чужими, ино-странными глазами, «заново»:

.


.
Убийство молодого милиционера Васи Векшина на Чистых прудах (заточкой в сердце)

Жест Жеглова – «Я сказал!»

Молодой и красивый Шарапов против Фокса «с рожей, которая бабам нравится»

Как Шарапов хотел задернуть халат на убитой.

Нервный Груздев

Свидетель-сосед («Посмотрим, Шарапов, что за красавца ты нам привел…»)

Манеры Ручечника с тросточкой (Евстигнеев)

Манеры Маньки-Облигации

Шепелявость Кирпича (карманник Костя Сапрыкин)

Походка Промокашки (мелкий уголовник, «шестёрка»)

Генерал милиции (с трибуны на фоне герба СССР)

Шофер с наполовину обожженным лицом (Александр Абдулов)

Громила из банды Горбатого (тот, что увидел мальчишку, вызывающего милицию)

Сам Горбатый (Джигарханян)

Увеченные после фронта (слесарь на костылях, полковник без ног, бильярдист без руки)

Фрагмент из фильма про похождения Швейка
.

.
На что я бы хотел обратить внимание особо:
.

Лично я не вижу в этих моментах ничего сенсационного, ни тем более «скандального» или крамолы, что могло бы идти вразрез с советским мэйнстримом, с соцреализмом. Однако в них много острохарактерного и остродраматического. Показанные даже как проходной эпизод, они, что называется, сталкивают зрителя нос к носу с реальностью. Увеченные после фронта, например, полковник без ног, перед которым на улице Шарапов вытягивается по стойке смирно, примета послевоенного времени, которую невозможно забыть. И режиссёр Станислав Говорухин и братья Вайнеры, авторы повести и киносценария, будучи свидетелями «вспоминают» и кинопротоколируют эти приметы из своего детства.
.

В недавнем фильме «МУР» (с Михаилом Ефремовым) мне не хватило такого рода достоверности. Сериал создавался как своего рода перепевка, приквел «Места встречи»: Москва военных лет, Отдел по борьбе с бандитизмом, воровские малины, погони, засады и перестрелки (а также шпионы-диверсанты, охранники Берии и прочие нелицеприятные особисты). Постановщики старались изо всех сил: выстроили декорацию, очень напоминающую кабинеты и коридоры МУРа из фильма Говорухина, сконструировали для опергруппы похожий автобус и даже некоторых сотрудников сделали в каких-то жестах, манере говорить и одеваться, похожими не то на Жеглова, не то на его сотрудников. Будто это в соседнем кабинете или соседнем отделе работает легендарный капитан (а, может, пока ещё и не капитан, а лейтенант) Глеб Жеглов, на которого многие хотят походить. И в отставку герой Михаила Ефремова, начальник ОББ, уходит в тот момент, когда на его месте должен оказаться герой Владимира Высоцкого.
.


.

.

.
Но что-то мешает поверить в подлинность такой преемственности. Нет, не плох Михаил Ефремов в роли муровца-майора, но до харизмы Высоцкого ему далеко. Весь сериал кажется вторичным, сделанным второпях, и, несмотря на большую, чем в «Месте встречи» усложнённость сюжета, выглядит сотворённым как бы по упрощённой схеме – причём во всём. Автобус при ближайшем рассмотрении оказывается всего лишь склёпанной жестяной коробочкой и на ЗиС не похож. В муровских кабинетах лежит современный линолеум с рисунком под паркет «ёлочкой», а не сам паркет. А всё разнообразие цветного киноизображения по непонятно заведённой телесериальной моде низведено до обескровленной сепии.
.

Но главное эти «моменты», которых нет. Ведь что в вышеперечисленных моментах «body policy» самое важное? Не обезображенные лица и другие увечья, которые сколько угодно можно нафантазировать с помощью художника-гримёра (кстати, Джигарханян не раз признавал, что грим лысины для его Горбатого был неудачным, однако образ его героя не стал менее ярким). Самое важное – чувство реального, которое складывается из характЕрного и харАктерного.
.

«характЕрное» - это то, что свойственно тому историческому времени, тому быту.

«харАктерное» - это то, что присуще этому герою индивидуально, личностно.
.

Одно с другим сталкивается, выражается через это другое, но без другого не бывает. На поиск образа, на подгонку деталей требуется время, а его, скорее всего, не было у современных постановщиков. Кроме того, требуется соблюсти меру исторической правды и психологической достоверности, а для этого необходимо желание авторов фильма замахнуться на нечто большее, чем просто поиграть в любимый фильм.
.
«Место встречи» повторить нельзя. Но можно попытаться сказать нечто, не обязательно новое, но важное. И здесь тоже не обойтись без чувства меры, без чувства реального. Муровцы применяли к подследственным меры физического воздействия? Другими словами, били в условиях военного времени? В сериале «МУР» это показано с долей некоторого снисхождения. Что хотели этим сказать авторы фильма: что так можно или что так нельзя? Непонятно. Просто, что так было? Но почему при просмотре этих эпизодов возникает подозрение, что подобное привнесено из нашего времени – из «Ментов» и прочих «Убойных сил»?
.

Не могу сказать, что сериал «МУР» совсем обошёлся без художественных удач. Но убедительное там в каждом эпизоде смешивается с неубедительным, достоверное соседствует с недостоверным, и этому фильму, как подавляющему большинству современных российских сериалов, не хватает строго выраженной формы и ясности высказывания.
.


Tags: essay, movie, review, television, tv, кино, фильм_Место_встречи_изменить_нельзя, эссе
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 29 comments

Recent Posts from This Journal