Alexander Sedov (alek_morse) wrote,
Alexander Sedov
alek_morse

Categories:

David MacFadyen's book "Yellow Crocodiles"/2/ О книге Дэвида Макфадьена про советскую мультпликацию

Продолжаем разговор о книге Дэвида Макфадьена "Жёлтые крокодилы и голубые апельсины" - целиком посвященную исследованию советской и российской мультипликации. Первую серию разговора можно прочесть здесь http://alek-morse.livejournal.com/32745.html
Сегодня - часть вторая (извините за то, что много букв).
This is 2nd LJ-post of my review on David MacFadyen's "Yellow Crocodiles and Blue oranges" - his book (precisely, the monograph) is dedicated to Soviet/ Russian animation. Here is the link on an English-language short review - http://www.h-net.org/reviews/showrev.php?id=12217

"The Hedgehog in the Fog", directed by Yuri Norshtein, SoyuzmultFilm studio, 1975 

2. Как ёжик в тумане

Западный взгляд на советскую мультипликацию (о книге Дэвида Макфадьена «Жёлтые крокодилы и голубые апельсины»)

Обзор: Александр СЕДОВ (с) май, 2010 г.

 

«Разве я не говорил вам о профессоре Мориарти?! – воскликнул Холмс. - …Разве он не прославленный автор «Движения астероидов», книги, затрагивающей такие высоты чистой математики, что, говорят, в научной прессе не нашлось никого, кто мог бы написать о ней критический отзыв!»

 

Артур Конан Дойл. Долина страха

 

 

В интернете я обнаружил, по крайней мере, три англоязычных рецензии-аннотации, которые как в один голос признавали «необходимость первого англоязычного исследования советской/ российской мультипликации», и, образно выражаясь, приветствовали «первую ласточку» в лице «Жёлтого крокодила». При этом в них высказывалось глубокое сомнение, что работа Макфадьену действительно удалась. Одной из главных претензий был язык, научный стиль автора... Ниже я цитирую одну из рецензий. Но сначала коротко изложу своё самое первое впечатление от знакомства с монографией Дэвида Макфадьена, возникшее после «ближнего боя», чернового прочтения и попыток перевода.

 

 

Стиль Макфадьена работает как бы в двух разных регистрах. Один регистр – описательный, образный, наполненный метафорами и поэтикой, - обычно проявляется, когда автор непосредственно рассказывает о мультфильмах, даёт их описания, попутно добавляя исторические, социологические и культурологические ремарки. Особенно выразительно, например, Макфадьен пишет о «Сказке сказок» Юрия Норштейна. Такого рода текст переводить относительно легко. В этих случаях ясно, к какой риторической форме, стилю, манере письма автор приближается. Например:

 

«Сказка сказок» Норштейна, - пишет Макфадьен в главе «Пресса и общественная реакция», – это красивый мультфильм, торжество вдохновения, мудрости и элегического настроения рассказывает о герое и его мире, полностью растворённом в чувстве и природе. В центре истории – волчонок, напоминающий ангелочка; не удивительно ли, что наиболее опасное животное воплощает в себе самую лучшую и добрейшую философию в мире? Большая часть фильма снята не в фокусе и повествует о животном детёныше, который проходит через ряд потрясений – переезд, смену эпох, смену настроений». (с. 115)

 

 

Второй регистр, в котором пишет Дэвид Макфадьен, – философский, тяжелый. Он оперирует понятиям из феноменологии и экзистенциализма, цитирует Гуссерля, Хайдеггера, Сартра, Кьеркегора, Делёза, Гватари, Мерло-Понти, Дерриду, Лиотара, Ханну Арендт, Гадамера, Декарта, Спинозу, Фрейда, Шестова, Соловьёва, Гегеля и Маркса. И всё это, как полагает автор, имеет отношение к советской/российской мультипликации. Скажем, вот, что пишет Макфадьен в главе «Странная похвала банальности: монтаж и память»:

 

«Делёз подчёркивает, что до Второй Мировой войны, до деструкции устоявшейся политической географии реалистичное кино было, в сущности, искусством линеарно-последовательным, линейные сюжеты ставились в постоянном контексте / ситуации» (с. 56).

 

 

Фрагмент я выбрал, в общем, несложный – читатель, не рискуя искажением мысли автора, легко может заменить общепринятое в философской литературе слово «деструкция» (destruction) на «разрушение». Но Макфадьен не даёт философской мысли расслабиться, и, помимо нескольких глав, почти полностью написанных в таком ключе, время от времени добавляет (злопыхатель сказал бы «для перца», я скажу – для уточнения основной идеи) такого рода абзацы в других, более описательных главах.

 

В общем, читателю, интересующемуся мультипликацией, но не подкованного в философии, с такой книгой будет непросто. Конечно, можно проигнорировать «философию», пролистать страницы, где её слишком много. Но каждый раз читателя будет обуревать досада, что главное он или пропустил или не понял.

 

Трудно сказать, мог ли Дэвид Макфадьен в книге совсем обойтись без «философской зауми». Скорее всего, нет, учитывая какие цели и задачи автор перед собой поставил – постичь главную тайну советской/российской мультипликации – её душу. Говоря приземлено, попытаться понять и объяснить сам факт существования сначала в сталинском, затем в пост-сталинском СССР советской мультипликации, в том её виде, с той историей развития, с тем разнообразием стилистических подходов, жанров, авторских позиций, с теми идеями и подтекстами, с той «эмоциональной глубиной», которая так впечатлила исследователя.

 

К примеру, Макфадьен исследует вопрос, что понималось под «реализмом», скажем, в советской мультипликации и диснеевской, и куда корни этих двух разных «реализмов» ведут, к каким культурным слоям, к какой художественной практике 19 века. Также он сравнивает принципы кинетической теории в советской и диснеевской мультипликации: то, как, по мнению художников, тела (персонажи и предметы) должны сталкиваться друг с другом, могут ли изменяться объемы живым тел (героев) после столкновений, и как эти события рисовать, чтобы зрителю было смешно. На эти вопросы (по сути, являющиеся одной проблемой) я обратил внимание еще при первом, беглом просмотре книги Макфадьена - тогда-то и отпали мои сомнения относительно «Жёлтого крокодила». В поверхностном подходе автора упрекнуть было нельзя.

 

С другой стороны, обильное использование философской терминологии еще не гарантия продвижения к истине.

 

Понимая это (и то, что автор – человек западный, изучает нашу культуру «вроде как» извне), я выдвинул рабочую гипотезу: монография Макфадьена, может, и не раскроет всех секретов, тайных пружин, принципов и начальных основ советской мультипликации, но если автор верно сформулирует подходы, поставит убедительные вопросы, и попытается дать на них честные ответы, - я сочту книгу революционной.

 

В интернете я выловил любопытный факт, как мне кажется, проливающий свет на истинные мотивы научного интереса Дэвида Макфадьена к советской мультипликации. Оказывается будущий исследователь в детские годы жил в Западном Берлине (его отец служил там на британской военной базе), и смотрел по телевизору восточногерманское телевидение, где крутили (в числе прочего) советские мультфильмы.

 

…Кстати, несколько месяцев назад Макфадьен написал (по-русски!) и издал книгу «Русские понты: бесхитростные и бессовестные», а также основал интернет-ресурс, посвященный современной российской музыке. farfrommoscow.com

 

 

-----------------------------------------

 

Вот ссылка на интервью с Дэвидом Макфадьеном. http://experiment.ru/culture/david-macfadyen-farfrommoscow-interview/

Фрагмент оттуда:

«Задолго до того, как я появился на свет, - рассказывает Макфадьен, - отец служил в британской армии в Берлине, как раз тогда начали строить Стену. Англо-американские войска тогда помогали немецким беженцам. У отца всегда была куча рассказов, полных печальной, но магической романтики социалистических культур. А потом, через много лет, к концу моего школьного образования в Англии, Советский Союз начал разваливаться. Когда я смотрел телевизионные репортажи о забастовках в Гданьске, о протестах при Горбачеве, сам начинал чувствовать ту же тягу «на восток».

 

 

А вот обещанная рецензия американского профессора Дениса Янгблуда на книгу Макфадьена «Жёлтые крокодилы и голубые апельсины» (даю исключительно с образовательной целью и немного для популяризации).

 

 "Yellow Crocodiles and Blue Oranges", book by David MacFadyen, 2005

 

--------------------------------------

 

«Эмоциональное» искусство в социалистическом обществе, часть 5

Ссылка на английский текст: http://www.h-net.org/reviews/showrev.php?id=12217

Обзор: Денис ЯНГБЛУД (Факультет истории Университета штата Вермонт, США), сен. 2006 г.

 

После нескольких лет работы, начавшейся еще в 2001 году, Дэвид Макфадьен, наконец, завершил и издал свой труд в издательстве «Макгилл-Квинс Университет Пресс». «Жёлтые крокодилы и голубые апельсины» - пятая книга в серии академических монографий, исследующих «эмоцию» как аналитическую конструкцию в русской и советской популярной культуре. Это исследование следует за книгами: «Красные звёзды: Личность и популярная советская песня – 1955-1991 (изд. в 2001)», «Песни для толстых: аффекты, эмоции и знаменитости в русской популярной песни – 1900-1955 (изд. в 2002)», «Эстрада?!: Базовые нарративы и философия русской популярной песни с периода Перестройки (изд. в 2002)», и «Грустная комедия Эльдара Рязанова (2004)».

 

В этом издании автор обращается к советской и постсоветской мультипликации, которую традиционно рассматривали всегда как самое слабое звено легендарной советской киноиндустрии. (Самая знаменитая «икона» советской мультипликации – лопоухий, большеголовый и пушистый Чебурашка теперь обрёл всемирную известность, так как был избран талисманом российской олимпийской командой в Афинах). Учитывая, что это - первая книга на английском языке, посвященная какому-либо любому аспекту советской мультипликации, читатель вправе ждать от неё больших открытий.

 

Подход Макфадьена к материалу можно назвать скорее теоретическим и философским, чем историографическим или киноведческим. Хотя подзаголовок даёт понять, что книга представляет собой обзор российской мультипликации за минувшие шестьдесят лет, это совсем не так. Точно также с заявленной претензией, что книга «предназначена в качестве основного пособия студентам университетов, изучающих предметы «Российское кино» и «Российская анимация». Напротив, «Желтый крокодил» - чрезвычайно сложный текст, который требует узкоспециализированного читателя, того, кто не только хорошо знаком с обширной литературой по советской культуре, советской киноиндустрии и советской культурной политике, но также хорошо разбирается в феноменологии и многих других "логиях" и "измах". Автор стремится применить феноменологические принципы к советской мультипликации, чтобы показать, что это было эмоциональное искусство, которое в значительной степени существовало вне политических рамок и ограничений.

 

Книга состоит из трёх разделов. В 1-ом разделе – «Философия и социалистический статус анимационного Epochû - Макфэдьен рассматривает сходство между гуссерлевским понятием «диалектическая сущность» и марксистским понятием «сущность», «которое (в свою очередь) редуцирует наше представление (я) субъективности, давая нам понять, что такое интер-субъективность» (с. 12). Затем автор переходит к подробному анализу восприятия идей Гуссерля, Хайдеггера и Сартра в СССР. В 2-ом разделе «Происхождение анимационной феноменологии» несколько глав: своеобразная попытка дать краткий исторический обзор; затем обзор советских критических статей, посвященных их собственной мультипликации; и. наконец, исследование влияния мультфильмов Студии Диснея на советских коллег.

 

В заключительном разделе «Журналистика и Глас народа» Макфадьен обращается к динамике культурных перемен и их восприятия, главным образом, в постсоветский период. В этом разделе, более конкретном, по сравнению с двумя предшествовавшими, читатели, которые не видели ни одного российского мультфильма, могут живо вообразить себе некоторые из них, и понять какими фантастическими, юмористическими, и забавными эти мультфильмы были.

 

Главная сила этой книги – попытка Макфадьена привнести новые теоретические и аналитические парадигмы, на которые можно было бы опереться в исследовании советского кино, - в этом вопросе до сих пор доминируют исторические, социо-политические, и литературоведческие подходы. В этом смысле книга является новаторской. Как представитель «старой школы» в изучении исторических и социокультурных процессов, я вынужден признать, что большая часть «Желтого крокодила» для меня оказалась почти непостижимой.

 

В некоторой степени это отражение совершенно естественной смены поколений: ведь на передний край научной мысли выдвигается новая когорта интеллектуальных революционеров. Меня лишь смущает результат в виде абстрактного потока сознания, очень характерного для внутренней организации книги и стиля научной прозы, и это не считая отдельных примеров полёта фантазии в область аллитерации. Вот сравнительно понятный пассаж такого рода, касающийся описания царившей в киноиндустрии неразберихи к концу Советского Союза:

 

 «Это состояние освобождения, распада или разложения, как тогда это воспринималось, началось за много лет до Перестройки,  производя, таким образом, возможные глубоко фундаментальные изменения менее насыщенные событиями, а, может, и бессмысленными. Аналогичные по своему масштабу последствия уже давно произошли в собственной сфере, в рамках «эмоциональных стимуляторов» и привели к созданию фильмов, основанных на понимании пост-догматического «социального опыта и сочувствия». Политическое «НЕТ» стало социальным «ДА» для центробежных и безрассудных арт-форм». (с.96)

 

Я принципиально не согласен со смыслом этих строк, который, как я догадываюсь, здесь подразумевается (с идеей, что Перестройка была «бессмысленной» или даже «полностью политически» ошибочна). Минуло уже три десятилетия, как был решительно отвергнут жёсткий политический детерминизм в изучении советской истории и культуры в период с середины сороковых до середины семидесятых годов. Также я категорически не согласен с тем, что, как я бы назвал, главными выводами Макфадьена – советская мультипликация была не больше, но и не меньше ограничена авторитарным государством, чем любой другой аспект советского кинематографа, и она не уникальна в своём роде. (В конце концов, «иностранщина/ inostranshchina», т.е. иностранное влияние, было одновременно и благословлением и проклятием русского кино с 1896 года.)

 

Таким образом, «Желтый крокодил» должен быть зачислен в графу дополнительной литературы к растущему телу критических и исторических работ, в которых исследуется разнообразие возможностей для кинематографического высказывания в самые темные периоды сталинского правления или самые унылые годы Застоя.

 

Еще я хотел бы заметить, что риторический стиль Макфадьена, который, кажется, стал нормой в культурных исследованиях, затемняет (а не раскрывает) его знание предмета и его свежие идеи в вопросе интерпретации. На мой взгляд, этот способ высказывания оказывает «Желтому крокодилу» медвежью услугу, существенно снижая значение работы, несмотря на её потенциал. В результате, эта книга приобретает первостепенное значение только для специалистов в теории и философии культурного производства и восприятия, а более широкая аудитория русистов и киноманов, скорее, пропустит столь необходимое первое англоязычное исследование советской мультипликации.

 

 

------------------

Citation: Denise Youngblood. Review of MacFadyen, David, Yellow Crocodiles and Blue Oranges: Russian Animated Films since World War Two. H-Russia, H-Net Reviews. September, 2006.
URL: http://www.h-net.org/reviews/showrev.php?id=12217

 



 

Продолжение следует…

 

 



Tags: animation, cartoon, cheburashka, david macfadyen, review
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 13 comments