May 28th, 2016

игра в борхес - персона

Игра в бисер - между раем и адом

Читая в настоящее время дневники немецкого писателя Германа Гессе, я вдруг вспомнил, что его роман "Игра в бисер" когда-то произвёл на меня очень сильное впечатление, явившись вместе с тем большой для меня загадкой. Работу над этим романом Гессе начал в 1930 году - до прихода Гитлера к власти, а опубликовал его в 1943-м (в переломный год Второй Мировой войны), уже будучи швейцарским подданым. Гитлеровский режим был ему резко антипатичен, а себя Гессе, бывало, именовал большим социалистом, чем партия СДПГ. И тем не менее, той гражданской и политической вовлечённости в происходящие события, которая иногда проскальзывает в его письмах тех лет, почти не видно в "Игре в бисер". Как автор романа Герман Гессе так и остался для меня "швейцарским отшельником", хотя всячески открещивался от этого прозвища, данного ему некоторыми современниками.
.
Я решил перелистать свой старый блокнот и освежить читательское впечатление от романа "Игра в бисер" - что же я писал о нём и его сочинителе в прошлом тысячелетии.
.

«Игра в бисер» между раем и адом
Заметки на полях романа Германа Гессе
Александр СЕДОВ (с) эссе / из блокнота, 7 января 2000 г.
 .
И все же для меня остается загадкой, которою так и не раскрыл текст Германа Гессе: что должен делать читатель, чтобы начать практиковать эту волшебную игру. Как научиться читать роман «Игра в бисер» между строк, отыскивая там положения психотехники сознания, не описательные, а конкретные, чтобы волшебство игры перестало быть авторской выдумкой, а стало всеобщим достоянием? С тайной надеждой на ответ я читал книгу и собирал по крохам оброненные указания автора. Я имею в виду не сведения энциклопедического характера, блестящими и вдохновенными рассуждениями рассыпанными по роману, а именное «документальные» свидетельства, или нечто, что автор мог бы выдать за исторический документ, свидетельство опыта. Наверное, немало читателей рыскали по страницам в поисках прямых инструкций к игре в бисер. Конечно, ими руководила сила большая, чем любопытство библиофила. Они жаждали эзотерического знания, реальной магии в культуре, как и я.
 .
Collapse )