Alexander Sedov (alek_morse) wrote,
Alexander Sedov
alek_morse

Category:

Советская рецензия на сериал Хождение по мукам (1977)

Сорок лет назад, в 1977 году, состоялась премьера многосерийного телевизионного художественного фильма "Хождение по мукам". На мой придирчивый и субъективный взгляд, это лучшая экранизация романа и, возможно, лучший киноэпос на тему русской революции и гражданской войны. Предлагаю полистать страницы архивов - взглянуть на то, как этот фильм оценивали рецензенты вскоре после выхода на телеэкран. Мне кажется, подобный опыт будет, как минимум, интересным, учитывая недавнюю громкую премьеру на канале НТВ - свежей экранизации романа Алексея Толстого. Привожу фрагменты большой статьи литературоведа Льва Аннинского, опубликованной в журнале "Телевидение и радиовещание" в 1978 году.
.

Василий Ордынский прочитывает Алексея Толстого
Рецензия на многосерийный телевизионный художественный фильм «Хождение по мукам» режиссёра В. Ордынского (1974-1977)
Автор: Лев Аннинский / журнал "Телевидение и радиовещание", №1, 1978 г.
 .
Фрагменты:
 .
«Всё естественно: и острый интерес зрителей к двухнедельному сериалу Василия Ордынского, и острая реакция критики. Думаю, что масштаб претензий соответствует масштабу события. «Хождение по мукам» - чуть ли не первый настоящий сериал по классике. Наша, так сказать, «сага». Будет впереди много подобных работ. Будут хуже, будут и лучше. Но кто-то должен, что называется, рискнуть. Положив на чашу весов пять лет работы… Будущее покажет, разовьются ли эти телевизионные сериалы в великое искусство или сойдут нет…
 .
…Впервые экранное представление по ритму и плотности приближается к чтению прозаического текста. Возможности тут открываются блестящие. Я должен сказать, что с величайшим интересом всматривался у Ордынского именно в эти чисто «читательские» ретроспекции… В прозе, при чтении – это естественно. И вот – это оказалось естественно в сериале. Телевизионный сериал вплотную подходит к книге. Он выдерживает такую нагрузку текста, закадрового и внутрикадрового, какая в кино противозаконна. Сериал – почти «книга на экране».
 .
…Василий Ордынский в конечном счёте воплощает не эпопею Алексея Толстого. И не ту реальность, которая в свою очередь воплощена Алексеем Толстым. Василий Ордынский воплощает нас с вами. Наше восприятие эпопеи Алексея Толстого. С помощью Толстого, опираясь на него, споря с ним, - режиссёр выявляет наше теперешнее восприятие истории, наше сегодняшнее самоощущение в истории.
 .
…Он (Ордынский) как раз очень точно знает свою задачу. В одних случаях он максимально близок к книге. В других свободно отходит от неё, - но знает, куда и докуда… В результате возникает то самое ощущение, которое и должно возникнуть из сериала: ощущение присутствия текста А. Толстого плюс присутствия того, кто этот текст интерпретирует.
 .
…Роман, как известно, начинается с описания Петербурга. …Ордынский даёт обширную ретроспекцию истории города. Идёт монтаж старинных гравюр. Тысячи работников строят город. Спускают на воду корабль. Волокут на Сенатскую площадь Гром-камень. Два века: камешек к камешку, дом за домом, улица за улицей – строится город. И интонация у Ордынского – другая, чем в книге. У Толстого лейтмотив такой: «как сон прошли два столетия… Петербург лишь мечта, бред…» У Ордынского – явь, солнечный свет, гравюрная чёткость, работа: долгими, кропотливыми усилиями огромного народа созидается огромное государство…
 .
Один критик верно заметил: как взята в начале фильма определённая тональность, так и выдержана до конца. В том числе и в сценах, где с любовью и с уважением высвечена в картине возмутившая этого критика красота старого быта. «Барского» - как заметил он. Так ведь это – с какой стороны подойти. Столы-то красного дерева, люстры бронзовые, фарфор тоненький, всю эту бесконечно обширную фактуру – кто сделал? Чьими это руками выстроилось? А теми же рабочими руками. Для Ордынского это вовсе не «барские детали быта» - это продолжение гигантского народного труда, созидающего культуру на всех уровнях, в том числе и на материальном. Да, эта культура в старой России отдавала плоды ничтожному меньшинству населения, но смешно же переносить наш гнев на «детали быта», - в конце концов сегодняшняя ситуация с телевизором в каждой семье достигнута не нашим яростным отрицанием быта «адвокатских квартир», а дальнейшей кропотливой работой десятилетий.
 .

.
…Ордынский любит вещи, он показывает материальную базу культуры, но именно база культуры, а не бытовые натюрморты. Уходит из этой культуры идея, умирает её душа – и распадется всё. Остаются вещи, предметы. Женщина становится красивой вещью, не более – вот откуда «выставочная» элегантность С. Пенкиной в роли Кати. Распадается старая культура – кому нужно тогда укоренённое в Рощине чувство долга, чести? – вот откуда суховатая механичность, переданная М. Ножкиным в этой роли, - та самая «инерция», которая гонит героя сквозь муки до тех пор, пока он не находит свой путь к возрождённой Родине, к её новой культуре, потому что вне культуры духовной, душевной, бытовой, эстетической, поведенческой, государственной – человек немыслим. Это и есть тема Ордынского: трагически обновляющаяся, очищающая себя в революционном огне, возрождающаяся культура.
 .

.

.
Революционная буря воссоздана на экране не так, не такими средствами, к которым приучило нас кино. Мы больше привыкли, пожалуй, именно к буре, метели, стихии, к потокам, в которых отдельный человек не всегда и различим. Кино как искусство выдвинуло своим первоначальным героем массу – об этом много писали гении советского кино при его зарождении.
 .
Ордынский членит массу на человеческие фигуры, массовую сцену – на эпизоды. Его метод – моментальные портреты, лица. Он выхватывает в толпе человека, вслушивается в его скользящие реплики. Это не вязкая глина, это порох – он из твёрдых частиц. Мы видим не стенку людей на площади – мы видим лицо казака, который вот-вот решится поскакать с шашкой на генерала… Сильно и страшно – там, где бой распадается на маленькие поединки людей. Где в штыковой атаке пожилой рабочий, прежде чем упасть, пытается сделать винтовкой – неумело – обманное движение. Кадр выхватывает людей из массы, из лавы. Расстреливают шеренгу. Но нам врезается в память один, который, сорвав с себя бушлат, успевает бросить в лицо карателям. Ордынский видит пространство войны разряжённым: между фигурами – воздух; Рощин, прицелившись в человека на дрезине и нажимая на спуск, успевает узнать Телегина…
 .
Наверное, это и есть «телеспецифика»: мыслить не миллионными массами, а прежде всего масштабами человеческой фигуры. Но для Ордынского это не только «телеязык» - это его художественная концепция.
 .
Культура не делается «сама» - она созидается кропотливым трудом живых людей.
 .
Он «сама» и не рушится: «исторический вихрь» - чистая метафора, оттого, что они не хотят жить по-старому, оттого что – в старой культуре распадаются связи, слабеют скрепы, падает духовный пафос.
 .
Но и от людей же, от их веры, от их духовной силы – собирается новая культура, рождаются новые духовные связи и заново собирается личность в человеке.
 .

.
В. Ордынский прослеживает это рождение новой культуры в муках хаоса. Больше всего ненавидит он анархическую разлюли-малину, где в человеке всплывает низменное. Не отсюда ли образ Махно: никакой «романтик» и ничего «ужасного» - слегка опухшее лицо, элементарные рефлексы, - жутковатая обыкновенность, решившаяся на крайнюю жестокость. В Ордынском вообще вызывает неприязнь, страх и ненависть «размазанные» души, склонные к истерии и декоративной душевной широте, вроде Сорокина. Он любит в человеке структуру и собранность, потому что так и только так созидается культура.
.
…От будущего развития нашего телевизионного искусства зависит и то, чем станут в его истории четыре героя сериала «Хождение по мукам». Если эта линия не получит развития, – то герои могут остаться своеобразными памятниками прекраснодушной наивности телехудожников 70-х годов. Если же линия получит развитие, - то эти характеры окажутся ступенями к будущей эстетической культуре. Пройденными ступенями…
 .

.
…Я верю, что в истории нашего молодого телеискусства сериал Василия Ордынского сыграет позитивную роль. И потому, что здесь найдены, опробованы и испытаны многие специфические для телевидения приёмы режиссуры. И потому, что здесь есть твёрдая концепция, необходимая в нашем нынешнем самосознании.
 .
…Проза неисчерпаема, и вовсе не с этой целью телевидение обращается к классике. Всякое новое поколение всё равно перечитывает классику новыми глазами, иначе классика мертвеет. Телевизионные режиссёры будущего смогут по-своему перечитать «Хождение по мукам», если зрители будущего ощутят в этом нужду. Пусть эти будущие художники превзойдут, преодолеют и даже опровергнут версию Ордынского, - тем лучше: значит камень лёг в стену».
.
.
------------------------------------------
сканы -
https://img-fotki.yandex.ru/get/9355/3211149.b/0_17a418_f1ddc43_orig.jpg

.
https://img-fotki.yandex.ru/get/510105/3211149.b/0_17a419_d98267c5_orig.jpg

.
https://img-fotki.yandex.ru/get/4908/3211149.b/0_17a41a_c3ba67f9_orig.jpg


Tags: adaptation, movie, review, television, tv, архивы, журнал_Телевидение_и_радиовещание, кино, фильм_Хождение_по_мукам
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 11 comments

Recent Posts from This Journal