Alexander Sedov (alek_morse) wrote,
Alexander Sedov
alek_morse

Category:

Оскетчивание кино

Куда уходит глубина из актёрских работ? - На этот вопрос я, наверное, не ответил... Будем считать, что это просто эскиз на тему. В заметках бегло затронуты сериалы "Фурцева", "Марево", ряд гоголевских экранизаций, одна драма и один истерн. Эту публикацию посвящаю Году литературы... и экранизации.
.

Фильм с министром в голове
Оскетчивание кино
Александр СЕДОВ (с) заметки с элементами рецензии / ноябрь 2013 – март 2015 гг.
.
На сериал «Фурцева» (2011 г.) я наткнулся случайно, как это водится, полубессмысленно переключая каналы. И не смог оторваться до финала. Правда, то были заключительные серии. Но какие! В них по-актёрски мощно царствовала Ирина Розанова, как бы силой характера самой Фурцевой удерживая ближний круг из родственников, начальников, «актёр-актёрычей», примадонн, мужей – бывших и настоящих.
.
Видно, что настоящая – она, а другие – немного шуты, немного статисты, или случайные прохожие её судьбы в эпоху министра с царским именем Екатерина. В общем символично, что двух Екатерин – жену Петра Первого (в сериале Владимира Бортко, 2011 г.), и советского министра, сыграла одна актриса.
.


.
Историко-биографический фильм, тем более про времена не столь отдалённые, коварное испытание для постановщиков и исполнителей. Как сделать, чтобы актёр или актриса не просто походили лицом на персону, знакомую нам по кинохронике и телерепортажам, а убедили бы в подлинности своего перевоплощения? Розановой, на мой взгляд, это удалось блестяще. Её министр культуры эпохи «волюнтариста» Хрущёва и «самодура» Брежнева органично существует во всех ипостасях. Вот она – партийно-государственный деятель, знающая как усмирить творческую интеллигенцию. Шаг в сторону от официоза – и уже искренняя поклонница искусств (были у неё и артисты-любимчики). Вызвана на ковёр в ЦК – и снова опытный бюрократ, беспрекословно берущая под козырёк. Забежала на минуту в родное министерство – и уже равнодушная стерва, не моргнув глазом, перечёркивает личное счастье попавшей под руку балерины. Пришла домой – и вот она «просто баба», которой ничто бабское не чуждо…

.

.

.

В таком многонаселённом сериале (в тех эпизодах, что я видел) есть актёрские, скажем так, полуудачи. Например, окарикатуренное до уровня скетч-шоу бессловесное существо – член Политбюро ЦК КПСС товарищ Суслов. Слишком уж вычурен его молчаливый парный конферанс с Брежневым и слишком очевидно, что его играет молодой актёр. Нельзя сказать, что это недостаток конкретного фильма: «оскетчивание» художественного кино, к сожалению, сильно укоренившаяся на российском телевидении традиция. Бывает, правда, что этот приём вырастает до высокого гротеска, как скажем, в сериале «Брежнев» с Сергеем Шакуровым (2005), но обычно всё «оскетчивается» в анекдот, и не всегда смешной, и там втуне пропадает. Причём, безотносительно к тому, на современную или историческую тему фильм.
.
Особенно обидно, когда фильм подавал намеренье стать вехой телевизионного искусства. В фильме «Марево» (2008) все ключи к успеху были подобраны заранее. Литературная основа – золотой фонд русской литературы: повести Гоголя «Старосветские помещики» и «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифировичом». В титрах заявлялось, что это фильм-фантазия! Многообещающе.
.
Сразу вспомнились две телевизионные постановки «Игроков» - Романа Виктюка (1978) и Сергея Юрского (1993), обе – непохожие, и обе яркие, необычные, удачные. Достойным оказался, на мой взгляд, и относительно недавний, поставленный по той же пьесе фильм Павла Чухрая «Русская игра» (2007). А тут ещё своего рода преемственность: оператор «Марева» - Дильшат Фатхулин, тот самый, который снимал «Мёртвые души» (1984), классическую экранизацию режиссёра Михаила Швейцера, тоже «фантазию» по Гоголю. И уж если в «Марево» приглашены знаменитые артисты «старой гвардии» - Олег Басилашвили и Алиса Фрейндлих, ждать можно было многого (и они-то не подвели).
.

.
На время летних каникул в своё имение приезжает юный Никоша Гоголь. Почти всё в этом идиллическом месте вскоре начинает раздражать его. Соседи провинциально нелепы и назойливы, матушка и сестрица, хотя и любят его, но не вполне понимают. Он же готов положить жизнь на пользу Отечества – да хотя бы сочинительством.
.
Однажды после очередного контакта с добрыми, но бессмысленными аборигенами душа «юного Вертера» не выдерживает, его охватывает лихорадка, он впадает в забытьё, во время которого с его новыми знакомцами начинают происходить разные истории. Словно из его будущих сочинений. Сон это или явь – не столь важно для Никоши, да и для его соседей тоже, ведь и он и они переживают свои драмы по-настоящему. Превосходная драматургическая завязка, которая открывает фильму «по мотивам Гоголя» огромные возможности. Отдельно аплодирую Андрею Максимову, выступившему в качестве сценариста и который не убоялся классика русской литературы, предложив апробированный в советских экранизациях ход – сложить разные произведения одного автора в один фильм, по возможности, не прибегая к инородным соединительным швам.
.


.
Замечательны характеры и хороши их диалоги, ведь почти все они сочинены – или подсмотрены? – Гоголем. (И как жаль, что нынешняя система записи звука, а, бывает и плохая дикция современных актёров, многое убивает в сериалах – так и хочется иной раз переспросить героя: «Ась? Что вы сказали? Я не расслышал. Повторите, будьте так любезны».)
.
Запоминаются разные курьёзные детали. Например, как крепостной мужик, усадив юного Николая Васильевича в пролётку, потом долго бежит за нею и кричит с радостным прямодушием и искренним подобострастием: «Барин, я вам удочку смастерю и червей накопаю!» А когда надоевшего мужика барин раздражённо прогоняет – «Пошёл вон, дурак!», - тот останавливается и удовлетворённо замечает: «Какой всё-таки хороший барин. Обязательно червей ему накопаю».
.

.

.
Юрий Стоянов и Фёдор Добронравовов, в иных ролях выказывающие себя яркими драматическими артистами, играли рассорившихся помещиков как бы из двух параллельных «скетч-шоу», с разной, несовпадающей степенью условного и реального. Глядя на них, я видел почему-то не гоголевских героев, а «ряженых хохлов», в памяти всплывали «Старые песни о главном». Не смог помирить их актёрские задачи и такой ветеран жанра абсурда актёр Игорь Кашинцев (он в роли судьи, всем сердцем стремящегося к примирению сторон), переигравший в кино целую армию бюрократов. В целом, у меня осталось впечатление фильма «без министра в голове», распадающегося на отдельные куски-эпизоды. Что, прямо говоря, удивительно и странно, так как режиссёр-постановщик Константин Худяков – крепкий мастер, с большим опытом работы в советском кинематографе, умеющий без потерь соединить сюжет и психологию.
.
Если взглянуть на его лучшие фильмы, например, истерн на тему Гражданской войны «Кто заплатит за удачу» (1980) и драму «Успех» (1984) о командировке столичного режиссёра в провинциальный театр, начинаешь понимать, чего, быть может, Худякову не хватило в «Мареве». Главный компонент успеха в «Успехе» - это Леонид Филатов. И он же на пару с Виталием Соломиным принёс удачу «…Удаче». То есть главное – актёр. Худяков – режиссёр актёрского кино. Свои фильмы, начиная со сценария и заканчивая монтажом, он выстраивает как событие, в котором актёру предложено как бы испытать собственный характер с помощью любых выразительных возможностей, до которых тот способен дотянуться.
.
Леонид Филатов в «Успехе» остаётся знакомым нам Леонидом Филатовым, ярким и талантливым индивидуалистом, где-то даже эгоистом, при этом роль искрится полутонами.
.


.

.

.
Виталий Соломин в роли краснофлотца, пытающегося вызволить из застенок белой контрразведки свою любимую, остаётся Виталием Соломиным в предложенных экстремальных обстоятельствах, притом, а, может, и благодаря лихому авантюризму и фатальной упёртости своего героя. Соломин играет броско, порой фарсово, даже на грани трагифарса. (Невозможно эту упёртость не сопоставить со смертью артиста: с ним случился удар прямо на сцене во время спектакля «Свадьба Кречинского». Как рассказывали его партнёры – ещё несколько минут Соломин пытался доиграть эпизод.) Про обоих артистов можно сказать, что в этих ролях они играют формулу своего характера.

.
Но про Ивана Ивановича и Ивана Никифировича в исполнении Добронравова и Стоянова такого сказать не могу. Они обаятельны, и играют не без озорства, легко укладывая гоголевские ремарки в разного рода гэги. Но они остаются масками, надетыми на маски: Гоголь поверх привычного амплуа из «Шести кадров» и «Городка». Конечно, и на этом пути могут найтись интересные находки, как, например, попытка героя Стоянова при входе в кабинет судьи пролезть с этаким пивным пузом сквозь близко стоящие колонны. Однако для драматического образа этого мало.
.
Мне могут возразить: а могли ли случиться с актёрами из скетч-шоу успех и удача в постановке по Гоголю? Я верю. (Верю даже в талант Светлакова, который он бездарно транжирит, снимаясь в разной ерунде.) Одна из главных актёрских проблем в современном российском кино, на мой взгляд, не отсутствие талантов, а редкий шанс предельно выразить свой характер. Характер – это не значит играть себя, какой ты есть, а играть себя, каким ты ещё не был.
.
.
------------------------
фото взяты с сайта Кино-Театр.ру (и туда же ведут ссылки)
Tags: adaptation, movie, new adaptation, review, solomin, кино, фильм_Марево, фильм_Фурцева
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 22 comments